Праздник в календаре настоящий: день рождения, повышение, долгожданная поездка. Внутри при этом ровно, как в обычный вторник. Радоваться пробовали нарочно, усилием, не помогло. Труднее другое: признаться в этом вслух неловко, ведь формально жаловаться не на что.
- Притупление удовольствия при внешнем благополучии это распространённое и измеримое состояние: у него есть имя, ангедония, собственная шкала и понятный механизм в мозге.
- Мозг отдельно хочет и отдельно получает удовольствие: желание двигает дофамин, а саму радость рождают другие точки, и рассинхрон между ними даёт знакомое чувство: вроде должно бы радовать, а получается ровно.
- Психика быстро привыкает к хорошему: эффект показали ещё в 1978 году на победителях крупных лотерей, и он работает у каждого, не только у миллионеров.
- Незнакомое возвращает чувствительность быстрее любого другого рычага: дофаминовые центры мозга реагируют на новое сильнее, чем на привычное, даже приятное.
- Если тяжесть держится дольше двух недель вместе с бессонницей, упавшим аппетитом или ощущением, что жить незачем, идти к врачу нужно сразу.
Содержание
- Что такое притупление радости и почему у него есть имя
- Когда идти к врачу
- Чем это отличается от усталости и выгорания
- Беговая дорожка удовольствия: почему хорошее быстро приедается
- Хотеть и получать удовольствие: два разных механизма в одной голове
- Шесть причин, которые незаметно приглушают чувствительность
- Круг, в котором один пустой день готовит следующий
- Почему новое трогает сильнее, чем привычное и даже приятное
- Смакование: приём, который возвращает вкус к обычным вещам
- Что делать прямо сейчас: три приёма
- Что возвращает чувствительность за несколько недель
- Практика на сегодня: пять минут смакования
- Чего делать не стоит
- Что из этого следует
- Частые вопросы
Что такое притупление радости и почему у него есть имя
У этого состояния научное имя есть с 1995 года: ангедония, дословно с греческого «без удовольствия». Термин старше и шире одного диагноза: он описывает измеримую настройку способности чувствовать радость, не ярлык на характер человека. Британский психиатр Филип Снейт с коллегами в 1995 году собрал первую рабочую шкалу для замера этой настройки, она получила имена обоих авторов, шкала Снейта и Гамильтона.
Опросник состоит из четырнадцати простых утверждений: понравится ли любимая передача по телевизору, вкусной ли покажется еда, приятно ли будет тёплое солнце на коже. Человек просто соглашается или спорит с каждым пунктом. Вопросы разбиты на четыре области жизни: увлечения, общение с людьми, телесные ощущения и еда с питьём. Так проверяют не мимолётное настроение, а саму систему, которая отвечает за удовольствие.
В 2006 году психолог Дэвид Гард с коллегами пошли дальше и разбили это чувство на две фазы. Их шкала, названная в его честь шкалой Гарда, меряет предвкушение, то есть приятное чувство заранее, до начала события, а сам момент проживания, когда всё уже происходит, меряет отдельной восьмипунктовой подшкалой. Оказалось, что эти две фазы у одного и того же человека проседают независимо: кто-то легко предвкушает отпуск, но почти не чувствует его, оказавшись на месте, у кого-то ровно наоборот. Такое разделение совпадает с механикой мозга из следующего блока, желанием и собственно удовольствием, и объясняет, почему чувствительность к радости просаживается по-разному у разных людей.
Само состояние действительно чаще всего связано с депрессией: по разным оценкам, от 35 до 70% таких людей отмечают именно потерю удовольствия как один из первых сигналов. Привязано оно и к более лёгким вещам. Хронический стресс, недосып, монотонная работа и просто долгая полоса однообразия способны на время притупить тот же прибор без всякого диагноза.
Когда идти к врачу
Прежде чем идти дальше, стоит закрыть один вопрос. Потеря радости, которая тянется неделями, один из самых частых и в то же время недооценённых сигналов депрессии, и разговор о механизмах ниже этого факта не отменяет.
Состояние держится больше двух недель почти каждый день. Вместе с ним нарушился сон или аппетит, в любую сторону. Появились мысли о собственной ненужности или о том, что жить незачем. Обычные дела, работа, разговор с близкими стали физически тяжёлыми, не только скучными. При любом из этих признаков практики из этой статьи подождут, а первый шаг это разговор с врачом. Здесь без исключений.
Американское руководство по диагностике депрессии использует тот же ориентир по времени: почти каждый день на протяжении минимум двух недель, и это должно быть заметной переменой по сравнению с тем, как человек жил раньше. Совпадение с признаками из врезки выше стоит читать как повод для записи к врачу: ждать перемен самостоятельно рискованно.
Дальше в статье речь о версии куда более частой и заметно мягче: радость притупилась, но человек работает, спит и справляется с делами. Именно на неё нацелены механизмы ниже.
Чем это отличается от усталости и выгорания
Три состояния легко перепутать, хотя устроены они по-разному: в материале про усталость, которая не проходит после выходных речь про энергию, тело не восстанавливается даже долгим отдыхом. Здесь другое: сил может быть достаточно, а вот вкус к делам, которые раньше грели, пропал.
Пересечение с этим состоянием больше. В статье про признаки выгорания истощение, цинизм к работе и падение веры в свои силы измеряют тремя отдельными показателями. Притупление радости может быть частью этой картины, а способно стоять и само по себе, когда именно к работе человек как раз не остыл, просто краски вокруг слегка выцвели.
Срок помогает развести эти три вещи практически. Усталость и лёгкое притупление после перегруженной недели обычно отступают за несколько выходных дней, если рядом появляется настоящий отдых, не просто смена задачи. Выгорание нарастает месяцами и держится, даже когда отпуск формально случился: человек возвращается с моря, а тяжесть в груди осталась на месте, потому что причина в самой структуре нагрузки, не в количестве часов сна. Клиническая картина из предыдущего раздела отличается третьим признаком, она не связана с внешним поводом вообще и тянется неделями независимо от того, отдыхал человек или нет.
Беговая дорожка удовольствия: почему хорошее быстро приедается
У этого механизма тоже есть имя, и оно старше этой шкалы на четверть века. В 1971 году психологи Филип Брикман и Дональд Кэмпбелл описали «гедонистическую беговую дорожку»: сколько бы хорошего ни случилось, настроение довольно быстро возвращается к своей обычной точке.
Через семь лет Брикман проверил идею на редком материале. Вместе с Дэном Коутсом и Ронни Джанофф-Балман он опросил двадцать два крупных победителя лотерей, каждый получил от пятидесяти тысяч долларов и выше, и двадцать девять человек, которые из-за аварии остались парализованы. По шкале от нуля до пяти победители оценили свою сегодняшнюю радость в 4,00, соседи по контрольной группе в 3,82, а пострадавшие в аварии в 2,96. Разница есть, только она куда скромнее, чем подсказывает интуиция. Хуже того, победители лотерей получали куда меньше удовольствия от простых будничных вещей, чем обе другие группы.
| Группа | Оценка радости, шкала 0-5 | Что показал разбор |
|---|---|---|
| Победители крупных лотерей (22 человека) | 4,00 | Меньше удовольствия от обычных мелочей, чем у соседей по контролю |
| Соседи по контрольной группе | 3,82 | Базовая точка сравнения, без крупных перемен в жизни |
| Люди после аварии, с параличом (29 человек) | 2,96 | Разница с контрольной группой меньше, чем ожидали сами исследователи |
Условная схема по теории уровня адаптации: новое сравнивается с пиком и на его фоне тускнеет, а затем становится нормой, точкой отсчёта для следующего хорошего события.
Причина в двух процессах сразу, писали Брикман и Кэмпбелл, контраст и привыкание: новое переживание сначала сравнивается с пиком и на его фоне тускнеет, а потом становится нормой, точкой отсчёта, от которой считают уже следующее хорошее событие. Работает это в обе стороны. И для лотерейного выигрыша, и для новой квартиры, и для куда более скромных вещей вроде вкусного ужина по пятницам.
Есть и практический выход из этой ловушки, и его в 2003 году показали психологи Лиф Ван Бовен и Томас Гилович. Они сравнили два вида покупок, вещи и впечатления, и выяснили: вещь отдаёт свой заряд радости почти сразу и потом просто стоит в комнате, привычная и невидимая, а поездка, курс, ужин с друзьями продолжают приносить удовольствие спустя месяцы, просто потому что их пересказывают, вспоминают и достраивают заново в разговоре. Причина в том же контрасте, о котором писал Брикман: вещь быстро становится фоном, а воспоминание каждый раз чуть меняется и оттого не приедается так же скоро.
Хотеть и получать удовольствие: два разных механизма в одной голове
Ощущение «делаю всё то же самое, а радости не осталось» имеет ещё один слой, и он на уровне отдельных систем мозга. В 2015 году психолог Кент Берридж вместе с Мортеном Крингельбахом собрал в один обзор десятилетия своих экспериментов: желание и удовольствие оказались двумя разными процессами со своей отдельной механикой каждый.
Желание, то самое «хочу», двигает дофамин: он разгоняется в предвкушении и толкает к цели. Собственно удовольствие рождают другие, куда более компактные зоны, «горячие точки» в прилежащем ядре и вентральном паллидуме, и включаются они через опиоидную и эндоканнабиноидную системы. Одно можно временно отключить лекарством, а другое при этом останется на месте.
На практике эти две системы легко расходятся. Лента новостей, сериал на автоплее, бесконечная прокрутка держат «хочу» в рабочем состоянии часами, а «нравится» почти не включается. Отсюда знакомое чувство: вечер занят, руки заняты, а вспомнить, что порадовало, нечем.
Это же объясняет, почему усилие воли здесь не работает. Команда «радуйся давай» обращается к «хочу», к дофаминовой системе: та отлично разгоняет тело к цели, а вот саму радость включить не может. Похоже на требование к переключателю громкости сменить мелодию целиком: не тот рычаг, не та функция. Приёмы ниже, новизна и смакование, работают именно потому, что бьют по «нравится» напрямую, и не полагаются на уговоры усилием.
Шесть причин, которые незаметно приглушают чувствительность
Ниже шесть вещей, которые чаще всего держат прибор удовольствия приглушённым. Проверьте по списку последнюю неделю, обычно совпадений находится два или три.
1. Однообразие без новизны
Один и тот же маршрут, один и тот же набор дел, один и тот же разговор по вечерам. Мозг экономит силы и перестаёт «включать свет» на знакомом материале, даже приятном. Дальше отдельный раздел объясняет, почему новое цепляет заметно сильнее.
2. Хронический стресс
У стресса, который не отпускает неделями, есть прямой физиологический эффект на систему вознаграждения. Двухлетнее наблюдение за подростками показало: чем слабее становится реакция вентрального стриатума на награду после периода сильного стресса, тем выше риск ангедонии через два года. Механизм тот же, что у взрослых. Просто на подростках его было легче поймать: перемены у них шли заметно быстрее.
3. Недосып
Сон урезают чаще всего в пользу вечернего отдыха, и в этом есть парадокс: именно он отдых и крадёт. В 2024 году психолог Кара Палмер с коллегами свела результаты 154 экспериментов и 1338 отдельных замеров. Вывод один: любой вид недосыпа, от одной короткой ночи до хронического дефицита, снижает именно положительные эмоции, радость и удовлетворение, и попутно поднимает тревогу. Обе стрелки идут в разные стороны сразу.
4. Пассивное потребление
Скролл ленты устроен по тому же принципу, что игровой автомат: непредсказуемое вознаграждение через случайные промежутки, схему такого подкрепления ещё в сороковых годах описал психолог Беррес Скиннер. Она отлично держит «хочу», но почти не трогает «нравится»: спустя час пролистывания вспомнить хотя бы один момент настоящего удовольствия обычно не получается.
5. Нехватка движения
В 2021 году психолог Чинвэнь Сунь с коллегами разделила пятьдесят шесть студентов с признаками депрессии на три группы: бег, растяжка и без нагрузки. Именно у бегавших заметно выросла способность предвкушать удовольствие, то есть желание попробовать что-то новое заранее, до самого события. Растяжка и покой такого эффекта не дали.
6. Нехватка живого общения
В 2024 году Валерия Джильи с коллегами неделю следили за жизнью ста четырнадцати здоровых людей: сколько раз в день у них случался живой контакт с другими и как менялась их реакция на награду. Оказалось, что важно именно число реальных встреч за день, не субъективное чувство одиночества. При росте изоляции мгновенная реакция на награду держалась прежней, а вот способность извлечь урок из хорошего события и повторить его слабела заметно. Переписка в мессенджере эту потребность закрывает лишь частично: голос и совместное присутствие включают систему вознаграждения иначе, чем текст на экране.
Круг, в котором один пустой день готовит следующий
Эти причины редко приходят по одной. Обычно они складываются в петлю, которая сама себя подкармливает.
Заметить его помогает один простой вопрос вечером: было ли сегодня хоть что-то новое, пусть маленькое. Три «нет» подряд: это уже закономерность.
Почему новое трогает сильнее, чем привычное и даже приятное
Обратную сторону этой петли в 2006 году показали Нильс Бунцек и Эмра Дюзель. Они клали людей в сканер и показывали то знакомые, то совершенно новые изображения. Средний мозг, там же, где рождается дофамин, отвечал на новое сильнее, чем на любой другой фактор, даже на редкость картинки или на её эмоциональную окраску.
У этой зоны, чёрной субстанции и вентральной покрышки, есть прямая связь с гиппокампом, центром памяти. Отсюда практический вывод: новое не просто ощущается приятнее, оно ещё и лучше запоминается. Возможно, именно поэтому неделя в незнакомом городе кажется длиннее двух недель дома, хотя календарных дней поровну.
Для будней вывод проще некуда: лететь в другую страну необязательно. Мозг реагирует на степень новизны. Не на масштаб события. Поэтому пять минут в незнакомой части своего же города, новом кафе через квартал или непривычном отделе супермаркета дают сравнимый по механике толчок дофаминовой системе, только заметно короче по времени и деньгам.
Смакование: приём, который возвращает вкус к обычным вещам
Возвращать себе масштабные события каждый день не получится, и это необязательно. Психолог Фред Брайант из Чикагского университета Лойолы с 2003 года изучает противоположный навык, смакование: способность заметить хорошее, пока оно происходит, и задержаться на нём чуть дольше обычного.
Его опросник устроен как шкала Снейта и Гамильтона наоборот: чем выше балл за этот навык, тем ниже показатели ангедонии, вины и безнадёжности у того же человека. Он измеримый и, что важнее, тренируемый: не требует новых обстоятельств, только другого способа обращаться с уже существующими.
На практике это выглядит скромно. Первый глоток кофе без телефона в другой руке. Секунда, в которую честно замечаете: суп горячий именно так, как нужно. Полминуты просто смотреть на закат, ничего с этим впечатлением не делая, только оставаясь в нём.
Смакование напрямую тренирует вторую фазу из шкалы Гарда, тот момент, когда событие уже происходит, не только предвкушается заранее. Именно она чаще всего проседает первой при однообразии, поэтому логично тренировать её отдельно, не надеясь, что предвкушение подтянет её само.
Есть и усилитель для того же приёма, и работает он через другого человека. В 2004 году Шелли Гейбл с коллегами показали: рассказ о хорошем моменте близкому, который отвечает живо и заинтересованно, поднимает удовольствие от него сильнее, чем повторное переживание в одиночку. Психологи называют это капитализацией, присвоением хорошего через разделённое внимание. Практически это значит одно: короткое «слушай, что сегодня было» вечером партнёру или другу это часть той же тренировки, что и смакование в одиночестве.
Что делать прямо сейчас: три приёма
Три коротких хода можно применить уже сегодня вечером, без подготовки и без специального времени.
- Назовите один момент дня конкретной деталью. Тёплая вода, вкус чая, смешная фраза коллеги. Общая оценка вроде «нормально» тут не считается. Вслух или на бумаге, в конце дня.
- Смените один привычный порядок. Другая дорога до магазина, новая музыка на кухне, непривычный угол за столом. Мозг реагирует на любую перемену маршрута сильнее, чем кажется заранее.
- Дайте пять минут без экрана перед простым делом. Едой, душем или короткой прогулкой: уберите телефон заранее, чтобы внимание успело дойти до конца ощущения и не соскочило на экран раньше времени.
Что возвращает чувствительность за несколько недель
Разовые приёмы дают быстрое облегчение. Сама настройка прибора меняется от повторения изо дня в день, одного удачного вечера для этого мало.
| Что делаете | Что это меняет | Сколько времени | Как понять, что работает |
|---|---|---|---|
| Новый маршрут или новая мелочь каждый день | Держит дофаминовую систему в рабочем тонусе | 5 минут | Замечаете детали, которые раньше проходили мимо |
| Смакование одного момента в день | Тренирует «нравится» отдельно от «хочу» | 1-2 минуты | Вечером называете конкретный момент, а не «в целом норм» |
| Бег или другая ритмичная нагрузка, 3 раза в неделю | Возвращает способность предвкушать удовольствие | 20-30 минут | Появляется интерес попробовать что-то заранее |
| Час без экрана перед сном | Снижает нагрузку на систему «хочу» | 60 минут | Утром меньше тяги сразу открыть телефон |
| Сон по расписанию, 7-8 часов | Возвращает положительные эмоции, не только снижает тревогу | 0 минут, вопрос режима | Утро без привычной серой пелены |
| Практика тишины, 15-20 минут | Тренирует само внимание, без которого смакование не держится | 15-20 минут | Пауза между событием и реакцией становится длиннее |
| Живой разговор без экрана, хотя бы раз в день | Держит в тонусе реакцию на социальную награду | 10-15 минут | После разговора остаётся конкретное воспоминание, а не только факт «поговорили» |
Ни один пункт из таблицы не работает как разовая инъекция: в исследованиях выше эффект проверяли неделями, не днями, и он нарастал постепенно, начинаясь заметно позже первой попытки. Разумная стратегия: взять два или три пункта одновременно, не все шесть сразу, чтобы проще довести привычку до автоматизма и не потерять мотивацию в первую же неделю.
Практика на сегодня: пять минут смакования
Займёт пять минут, подойдёт для любого простого дела.
- Выберите одно повседневное действие сегодня вечером: ужин, душ, дорогу до дома пешком.
- За минуту до начала уберите телефон в другую комнату или в карман без звука.
- Во время действия задайте себе три коротких вопроса: что я вижу, что я слышу, что чувствует тело прямо сейчас.
- После этого одной фразой запишите или проговорите вслух, что именно тронуло, пусть слегка.
Как понять, что получилось: фраза в конце выходит конкретной, например «тёплая вода на плечах» или «свет из окна на столе». Общая оценка вроде «было норм» значит, что автопилот всё ещё у руля.
Второй слой это регулярность. Один вечер смакования почти ничего не меняет, потому что беговая дорожка выше работает на привыкание. Держит эффект только повторение, день за днём, примерно как тренировка любой другой мышцы.
Через неделю ежедневных пяти минут разница обычно уже слышна на слух: человек сам, без напоминания, называет вслух то, что сегодня тронуло, вместо дежурного «нормально» в ответ на вопрос «как дела». Это и есть та самая перемена в настройке прибора, о которой шла речь с самого начала статьи, только теперь она заметна прямо в обычном вечернем разговоре, задолго до любого визита в кабинет психолога.
Чего делать не стоит
- Гнаться за более сильными стимулами. Острая еда, громкая музыка, бесконечный шопинг поднимают порог ещё выше, и завтра понадобится доза сильнее вчерашней.
- Требовать от себя радоваться по расписанию. Усилие воли двигает «хочу», а «нравится» его почти не слышит, и в итоге только утомляет.
- Сравнивать сегодняшнее состояние с пиком годовой давности. Тот момент запомнился именно потому, что был редким: ждать его повторения от обычного вторника нечестно.
- Заедать пустоту новыми покупками и подписками. Первые минуты работают, дальше беговая дорожка из четвёртого раздела просто разгоняется быстрее прежнего.
- Держать всё в себе месяцами. Если через три или четыре недели регулярных попыток сдвига не видно, время для разговора со специалистом.
Что из этого следует
У притупления радости почти всегда есть механика: система дофамина ведает «хочу», а за «нравится» отвечают другие, более скромные зоны мозга, и они легко рассинхронизируются от однообразия, стресса, недосыпа и пассивного скролла. Сначала стоит исключить состояние, при котором нужен врач, признаки для этого собраны в начале статьи. Дальше работают два движения одновременно: новизна, которая включает интерес, и смакование, которое возвращает вкус к уже привычному. Три или четыре недели такой практики меняют саму настройку прибора сильнее, чем любая попытка заставить себя радоваться усилием воли. Оба движения держат курс вместе, одно без другого слабее.
Смакование одного вечера возвращает вкус к конкретному моменту, а беговая дорожка выше двигается заново уже на следующий день. Настройку прибора меняет только повторение, вместе с разбором, что именно сейчас происходит с вниманием и системой вознаграждения. Все 28 дней с таким подходом собраны в «Протоколе остановки ума», с трекером, в котором видно, как за месяц меняется сама способность замечать.
Частые вопросы
Нет радости от жизни: что это значит?
Чаще всего это притупление способности чувствовать удовольствие, у него есть научное имя, ангедония, и собственная измерительная шкала Снейта и Гамильтона 1995 года.
Это описание состояния прибора, которым человек ощущает радость от обычных вещей: еды, общения, увлечений, телесных ощущений, не диагноз само по себе.
Почему всё в порядке, а ничего не радует?
Психика быстро привыкает к любому уровню жизни, хорошему и плохому, это называют гедонистической беговой дорожкой.
Кроме того, желание и удовольствие в мозге это две разные системы: дофамин двигает к цели, а само удовольствие рождают другие зоны, и они легко рассинхронизируются от однообразия, стресса и недосыпа.
Ангедония это то же самое, что депрессия?
Не всегда. Потеря удовольствия действительно один из ключевых признаков депрессии, от 35 до 70% людей с депрессией отмечают её у себя.
При этом притупление радости встречается и отдельно, из-за хронического стресса, выгорания или долгой полосы однообразия, без клинической депрессии.
Как вернуть радость от жизни?
Работают два движения одновременно: новизна, которая включает дофаминовую систему сильнее привычного, и смакование, приём, который тренирует само удовольствие отдельно от желания.
К ним стоит добавить регулярный сон, движение и паузы без экрана. Заметный эффект обычно приходит через три или четыре недели регулярной практики.
Сколько времени нужно, чтобы вернулась чувствительность к радости?
По наблюдениям за похожими привычками, первые сдвиги заметны через две или три недели, устойчивый результат формируется примерно за месяц регулярной практики.
Разовые приёмы вроде одного приятного вечера дают короткий эффект, который снова гасит беговая дорожка привыкания.
Может ли радость пропасть из-за лекарств или гормонов?
Да, это известное и описанное явление. Некоторые антидепрессанты группы СИОЗС вызывают эмоциональное притупление как побочный эффект, об этом подробно писали Прайс, Коул и Гудвин в 2009 году.
Разбираться в причине стоит вместе с врачом, который назначил лечение, самостоятельно менять дозировку нельзя.
Чем притупление радости отличается от выгорания и усталости?
Усталость это в первую очередь нехватка энергии, которая не проходит от отдыха. Выгорание это истощение вместе с цинизмом к работе и падением веры в свои силы.
Притупление радости может идти отдельно: сил и интереса к делу достаточно, а вкус к тому, что раньше грело, пропал.
Когда с потерей радости точно нужен врач?
Если состояние держится больше двух недель почти каждый день, вместе с ним нарушился сон или аппетит, появились мысли о собственной ненужности или о том, что жить незачем, а обычные дела стали физически тяжёлыми.
В этом случае первый шаг это разговор с врачом.
Источники
- World Health Organization. Depressive disorder (depression). Fact sheet, 2023. who.int
- Snaith R.P. и др. A scale for the assessment of hedonic tone: the Snaith-Hamilton Pleasure Scale. British Journal of Psychiatry, 1995. pubmed.ncbi.nlm.nih.gov
- Brickman P., Coates D., Janoff-Bulman R. Lottery winners and accident victims: is happiness relative? Journal of Personality and Social Psychology, 1978. gwern.net
- Berridge K.C., Kringelbach M.L. Pleasure systems in the brain. Neuron, 2015. pmc.ncbi.nlm.nih.gov
- Bunzeck N., Düzel E. Absolute coding of stimulus novelty in the human substantia nigra/VTA. Neuron, 2006. doi.org
- Bryant F.B. Savoring Beliefs Inventory (SBI): a scale for measuring beliefs about savouring. Journal of Mental Health, 2003. ecommons.luc.edu
- Gard D.E., Gard M.G., Kring A.M., John O.P. Anticipatory and consummatory components of the experience of pleasure: a scale development study. Journal of Research in Personality, 2006. doi.org
- Van Boven L., Gilovich T. To do or to have? That is the question. Journal of Personality and Social Psychology, 2003. r.jordan.im
- Gigli V., Castellano P. и др. Daily social isolation maps onto distinctive features of anhedonic behavior. Biological Psychiatry: Global Open Science, 2024. pmc.ncbi.nlm.nih.gov
- Gable S.L., Reis H.T., Impett E.A., Asher E.R. What do you do when things go right? The intrapersonal and interpersonal benefits of sharing positive events. Journal of Personality and Social Psychology, 2004. sas.rochester.edu
- Sun C.W. и др. The effect of physical activity on anhedonia in individuals with depressive symptoms. PsyCh Journal, 2021. pubmed.ncbi.nlm.nih.gov
- Palmer C.A. и др. Sleep loss and emotion: a systematic review and meta-analysis of over 50 years of experimental research. Psychological Bulletin, 2024. zenodo.org
- Neural sensitivity following stress predicts anhedonia symptoms: a 2-year multi-wave, longitudinal study. Translational Psychiatry, 2024. nature.com
- Price J., Cole V., Goodwin G.M. Emotional side-effects of selective serotonin reuptake inhibitors: qualitative study. British Journal of Psychiatry, 2009. pubmed.ncbi.nlm.nih.gov
